Германо-российские отношения во времена глобальных геополитических потрясений
![](http://rd-zeitung.eu/wp-content/uploads/2018/05/14-900x450.png)
Доклад на Конгрессе российских немцев Германии
(Берлин, 29.04,2018г.)
Многоуважаемые дамы и господа, дорогие земляки!
Тысячелетняя история германо-российских отношений давно доказала, что их позитивное развитие всегда приносит обоюдную пользу. Напротив, вражда, а, тем более, военные действия между нашими государствами имели для нас обоих только разрушительные, даже катастрофические последствия. Мы, российские немцы, достаточно настрадались от последствий 2-й мировой войны, чтобы убедиться в этом сполна. С другой стороны, наш массовый выезд в страну далеких предков мог состояться лишь в условиях политической «оттепели» между Германией и СССР или его странами-наследницами. В последние годы германо-российские отношения выглядят, к сожалению, совершенно иначе.
А именно, с 2005 г., т.е. в период правления А. Меркель, наблюдается почти неуклонное ухудшение этих отношений – вплоть до нынешней едва прикрытой вражды. Правда, эта в высшей степени тревожная ситуация едва ли может, как встарь, привести к новой германо-российской войне, т.к. Германия давно уже не в состоянии вести такие войны самостоятельно. Однако Германия является важным членом НАТО и ЕС, а политика этих организаций в отношении России была в последние десятилетия далеко не добрососедской. Конечно, в подобных ситуациях надлежит искать причины на обеих сторонах. Поскольку, однако, мы заседаем в Берлине, то я хотел бы сосредоточиться сегодня именно на «вкладе» Германии в растущую германо-российскую вражду.
Поймите меня правильно. Будучи с 2007 г. гражданином Германии, я сохранил и свое российское гражданство, хотя общественно-политическая система постсоветской России мне во многом чужда. Однако это вовсе не исключает стремления к возможно более полному пониманию политики России и ее президентов. Поэтому я мог бы назвать себя, к примеру, и «понимающим Путина» („Putin-Versteher“), если бы это выражение не стало в нынешней Германии ругательством. Конечно, придумывать ругательства гораздо проще, чем стараться понять что-то совершенно чуждое. Как гражданин России я вынужден с сожалением констатировать, что в существующих германских СМИ почти никто не пытается достичь подлинного понимания современной ситуации в России или сегодняшней российской политики. Соответствующие сообщения состоят едва ли не сплошь из искажений и наветов. Поскольку, однако, мой доклад не нацелен на проведение необходимой разъяснительной работы в этом направлении, то я хотел бы обратиться теперь к политике Германии в отношении России.
При объединении Германии в 1990 г. центральную роль сыграл, как известно, СССР под руководством М. Горбачёва. В 1994 г. за этим последовал вывод крупного контингента российских (бывших советских) войск из новых восточных земель Германии, т.е. с территории бывшей ГДР. В качестве «воздаяния» Германия приняла для начала активное участие в мощном расширении на Восток НАТО (с 1999 г.) и ЕС (с 2004 г.).
В результате немецкие танки вновь стоят сегодня на территории Балтики, в непосредственной близости от С.-Петербурга, как и в 1941 г. И сколько бы из Германии ни вещали, что на сей раз это не нацистские, а сугубо «демократические» танки, такие речи не убедят ни одного разумного гражданина России, еще помнящего о варварском германском «походе на Восток» более чем 70-летней давности. Чтобы не суметь или не захотеть это понять, нужно, видимо, быть политиком такого же склада, как фрау Меркель.
После стремительного расширения ЕС на Восток его члены, включая Германию, принялись навязывать некоторым бывшим советским республикам т.н. Соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Эти соглашения должны были, якобы, служить раскрытию рынков ЕС перед экспортной продукцией из Молдовы, Грузии, Украины и т.д. В действительности здесь преследовались совсем иные цели – гарантировать беспрепятственный доступ товаров и капиталов ЕС к обширным новым рынкам, практически прервав тем самым традиционно тесные хозяйственные связи России с этими бывшими советскими республиками. В случае Украины эта откровенно провокационная затея привела к кровавому государственному перевороту.
В феврале 2014 г. правительству Украины удалось заключить с радикальной оппозицией с «Евромайдана» компромиссное соглашение при посредничестве, в частности, министра иностранных дел Германии. Но уже через несколько часов оппозиция, поддержанная Германией и другими странами Запада, захватила власть сугубо антиконституционным путем.
Украинские путчисты с самого начала провозгласили не только максимальное сближение с ЕС, но и радикально антироссийский (антирусский) политический курс, хотя во многих регионах Украины русское или русскоязычное население составляет значительное большинство. В Крыму это повлекло за собой референдум о независимости полуострова, а в Донбассе – кровавые вооруженные столкновения. В этой чрезвычайной ситуации у своих границ, непосредственно затронувшей миллионы русских людей, Россия, конечно, не могла остаться безучастной. Страны ЕС, в т.ч. Германия, сами спровоцировали такое развитие событий, но теперь они взвалили всю вину за него на Россию и затем, под массированным нажимом из Вашингтона, объявили о многочисленных антироссийских санкциях. Вызванная этими событиями вражда стран Запада и России продолжается и сегодня, 4 года спустя.
Углубляющийся кризис германо-российских отношений особенно примечателен тем, что он разворачивается на фоне глобальных мировых потрясений. Аналогичный процесс сравнимых масштабов не наблюдался в мире с 1930-х годов, т.е. почти 9 десятилетий. Как и тогда, нынешние потрясения охватывают все сферы человеческой деятельности – экономику и политику, идеологию и культуру и т.д. Однако наиболее значимыми мне представляются современные потрясения в мировой экономике. Они в высшей степени важны как для экспортно-ориентированной Германии, так и для России с ее едва жизнеспособной экономической системой постсоветского периода.
Показательно и заметное различие в восприятии этой ситуации в наших обеих странах. Так, В. Путин в своем послании Федеральному Собранию 1 марта с.г. сделал особый акцент на то, что России предстоят глубокие преобразования в экономике. Напротив, в ходе недавних выборов в Бундестаг чисто экономическая тематика не играла почти никакой роли, что меня, профессионального экономиста, особенно обескуражило. Видимо, ведущие политики Германии исходили из того, что германская экономика сможет и далее с успехом подтверждать свое реноме одной из самых сильных и стабильных в мире. Однако это мнение представляется мне весьма иллюзорным, т.к. оно лишь фиксирует существующее положение вещей без анализа дальнейших перспектив. Тем временем перспективы в этом случае меньше всего похожи на радужные.
Капиталистическая рыночная экономика, господствующая теперь не только в Германии, но и в России, может успешно развиваться лишь при условии своей постоянной экспансии вовне. Однако сегодня эта возможность в значительной мере исчерпана. Рыночная экономическая система впервые в истории охватила практически весь мир. При этих обстоятельствах необходимо, прежде всего, любыми возможными способами проникать на чужие рынки и отстаивать собственные рыночные позиции. Свободное развитие мировой торговли все менее возможно и актуально, мировые рыночные связи регулируются уже не столько привычной Всемирной торговой организацией, сколько разного рода экономическими санкциями. Эту принципиально новую ситуацию с особой настойчивостью разъясняет миру Д. Трамп.
Новый президент США не случайно так одержим этой щекотливой проблематикой. В условиях относительной свободы внешней торговли американской экономике пришлось понести тяжелые потери. Сегодня здешний внутренний рынок буквально наводнен товарами из-за рубежа, в частности из Китая и Германии, – с большим ущербом для развития собственной американской промышленности. Д. Трамп не просто много раз заявлял, что США больше не желают мириться с этой нестерпимой ситуацией, но и объявил о первых серьезных ограничениях в данной сфере.
Какие государства могли бы пострадать при этом сильнее всего? На Китай, своего главного противника, США остерегаются наскакивать в первую очередь – две эти экономики очень сильно переплетены, здесь налицо теснейшая обоюдная зависимость. Канада, Великобритания или Мексика слишком тесно связаны с США не только экономическими, но и политическими узами. Иначе обстоит дело со странами ЕС, в первую очередь с Германией.
США всегда считали послевоенную Германию, скорее, своим сателлитом, чем политическим союзником или партнером. В последние десятилетия Германия представляла интерес для американцев, прежде всего, в качестве экономического центра ЕС – организации, в которой США видели своего опасного мирового конкурента. Сегодня ЕС слишком поглощен внутренними кризисными процессами, чтобы всерьез конкурировать с американцами. Поэтому США проявляют все меньше интереса к ЕС, а также к Германии. Более того, Д. Трамп позволяет себе обращаться со своим крупнейшим европейским «союзником» откровенно пренебрежительно, даже грубо. Это может сулить Германии, в первую очередь германской экономике, только трудноразрешимые проблемы в отношениях с США.
Немногим лучше складываются для Германии и связи с ее другими важнейшими экономическими партнерами. Плоды расширения ЕС и введения евро пожала в первую очередь именно Германия, эти процессы придали развитию германской экономики весомый долговременный импульс. Однако дальнейший рост германского экспорта в страны ЕС становится все проблематичней. Препятствие при этом состоит, прежде всего, в недостаточной покупательной способности европейцев, т.к. реальные доходы населения Западной Европы стагнируют уже не одно десятилетие, а экономическая жизнь в Восточной Европе в значительной мере развалена. Едва ли можно ожидать также дальнейшего заметного продвижения германских товаров на восточно- и южно-азиатские рынки. Здесь слишком сильна конкуренция, в первую очередь со стороны китайской экономики. А обширный российский рынок все больше закрывает для себя сама Германия своими сумасбродными экономическими санкциями.
Однако эта мрачная, почти безысходная ситуация никоим образом не знаменует собой «конца истории», который в свое время столь охотно предрекали из США. Мир, конечно, находится не в конце своей истории, а, как уже отмечалось, в разгаре процесса глубоких и всесторонних потрясений. Похоже на то, что при этом не останутся незатронутыми даже такие фундаментальные общественные образования, как мировые культуры (цивилизации). Известный американский ученый С. Хантингтон исследовал, в частности, следующие цивилизации: синскую (стержневое государство – Китай), западную (США, в Европе Франция, Германия, Италия, Великобритания), православную (Россия). В развитии всех этих цивилизаций уже дали знать о себе совершенно новые явления.
Здесь следует обратить внимание, прежде всего, на некоторые политические симптомы начавшейся дезинтеграции единой западной цивилизации, т.е. ее разделения на две части – англосаксонскую (США, Великобритания, Канада, Австралия, Новая Зеландия) и континентально-европейскую (Западная Европа без Великобритании). Об этом свидетельствовала уже очень разная реакция данных частей на американское вторжение в Афганистан. Неподдельное рвение проявили тогда только англосаксонские страны, тогда как западные европейцы приняли участие в этой авантюрной акции лишь нехотя. Еще резче был подобный контраст при нападении США на Ирак: Великобритания сыграла при этом активную, даже провоцирующую роль, а Германия и Франция высказались против с самого начала. Brexit свидетельствует о радикальном отмежевании англосаксов от Европы. Наконец, у Д. Трампа ощущается отчетливое пренебрежение к Европе, но не к англосаксонскому миру.
Россия была тесно связана с Европой на протяжении веков – уже потому, что православная и западная цивилизации имеют общие христианские корни. Сегодня дела обстоят совершенно иначе. Европа все дальше отходит от своего христианского прошлого и все больше растворяется в мировой либерально-глобалистской системе во главе с США. То есть в системе, которая с достаточным основанием воспринимает антилиберальную и антиглобалистскую Россию как своего заклятого врага. Потому Россия все сильнее стремится дистанцироваться от Европы, а также от Германии. Напротив, наблюдается все большее сближение России с Китаем, хотя их исконные цивилизации очень далеки друг от друга. Однако в данном случае гораздо важнее другое: Китай, в отличие от Запада, никому не навязывает свой общественный строй и никого не учит, что ему следует делать в собственном доме и вокруг него.
Как далеко могут зайти изложенные тенденции развития отдельных цивилизаций, конечно, не в состоянии сказать сегодня никто. Но я могу, например, представить себе, что самостоятельная Германия вновь обретет интерес к конструктивным отношениям с Россией. Ведь постсоветская Россия никогда не была заинтересована в каком-либо ущемлении суверенных прав Германии. И ведь позитивное развитие наших отношений, как упоминалось, всегда шло на пользу обоим государствам.
Однако тут существует весомая проблема, которую А. Меркель изложила почти год назад следующим образом: «Мы, европейцы, должны действительно взять свою судьбу в наши собственные руки». В самом ли деле Европа, со своим сильно ограниченным на протяжении десятилетий суверенитетом, в состоянии вновь стать суверенной? Сегодня на этот кардинальный вопрос, видимо, не сможет ответить ни один европеец. Однако совершенно ясно, что Европа и Германия в качестве американской провинции, сильно удаленной от Вашингтона и нелюбезной ему, не могут иметь будущего. Если же они высвободятся из этой безысходной ситуации, то и в развитии германо-российских отношений могут вновь наметиться благоприятные перспективы.
Виктор Дизендорф,
Роттенбург-на-Неккаре