Интервью Андрея Триллера российской телекомпании РЕН-ТВ

Корр.: Нам очень интересно Ваше мнение по поводу ислама. Каково отношение русских в Германии к данной теме?

 Триллер:   Мы, вообще-то, не русские, мы немцы. Что касается интересующей вас темы, то нужно сказать, что  большая часть из нас приехали из мусульманских республик СССР, населенных азиатскими народами: казахами, киргизами, узбеками, — с которыми мы всегда жили мирно. Есть среди нас и состоящие в смешанном браке, они приехали сюда также со статусом поздних переселенцев, мы их не отделяем от себя, это также наши люди. Темой ислама наша организация (Die Russlanddeutschen Konservativen“) не занимается, мы соприкасаемся с ней лишь в отдельных случаях. Так, например, дверь в Германию для немцев-переселенцев практически закрыта. Инициаторами прекращения их приема были партии левого толка, в первую очередь «Зеленые». Эту партию возглавляет сейчас Чем Эздемир, турок по происхождению. Именно он, с середины 90-х годов, особо яростно боролся за закрытие двери для немцев- переселенцев, и вот итог: в прошлом, 2009, году в Германию приехали всего 3 тысячи немцев из республик бывшего СССР и Восточной Европы, а из Турции — 30 тысяч, то есть в 10 раз больше. Но в этом виноват не ислам, а политическая система ФРГ. Мы обращаемся к правительству, объясняем, что у нас тысячи разорванных семей. Это когда родителей приняли в Германию, а дети остались там. Нам отвечают: «Ну кто им не дает лучше выучить немецкий язык?». Все это ерунда. Отказывают учительнице, которая всю жизнь преподавала немецкий язык, именно за то, что она хорошо им владеет. Другому — потому что он не показал тот диалект, на котором говорили его родители в семье. Когда мы поднимаем эту тему, видим полное равнодушие со стороны власти. С нами вообще никто не разговаривает. Поэтому у нас возникают вопросы: почему же этнические немцы не могут приехать в Германию, если за прошлый год в нее приехали 720 тысяч иностранцев? Здесь мы обращаем внимание на то, что основной поток мигрантов идет из стран арабского мира и Турции. Политики постоянно говорят: «Нужны рабочие руки». Почему же тогда закрыли ворота для этнических немцев? Почему нельзя принять немцев Киргизии, оказавшихся в зоне этнического конфликта? Или немцев из Парагвая? Они вообще не имеют возможности приехать в Германию.

Корр.: А как вы думаете, почему?

Триллер: Мы видим, что ФРГ как была, так и осталась западной зоной оккупации, она под колпаком США и НАТО. Политика страны — полностью антинемецкая.  Немецкий народ пытаются ассимилировать в своей собственной стране, запуская в ФРГ ежегодно около миллиона иностранцев. А немцев, оставшихся в среднеазиатских республиках,  пытаются ассимилировать там. Разумеется, нас это не устраивает. В 2006 году из страны пытались выселить российского немца, который приехал к родителям еще в 1992 году. У него тогда уже было подано заявление на прием в Германию, и он просто дождался ответа, живя у родителей. Но власти Баварии отказались признать решение о его приеме, мотивируя это тем, что семья должна была получить это  решение там, в казахстанском Каратау, и только после этого он имел право въехать в страну, и потребовали покинуть Германию. Несмотря на то, что это прекрасно интегрированная немецкая семья. Сын в это время учился в университете города Пассау, дочь — в гимназии. Вальтер Фасс, глава семьи, когда его попытались выселить из страны, объявил голодовку. В то же самое время власти принимают решение о легализации сотен тысяч нелегальных мигрантов. Как мы должны к этому относиться? Мы считаем это антинациональной политикой.

Корр.: Можно ли подробней о вашей организации, какие цели она ставит перед собой и насколько успешна ее деятельность?

Триллер: В общем наша позиция не расходится с позицией национальных сил Германии. Мы выступаем за выход Германии из НАТО, за возвращение наших солдат на родину, за вывод американских войск и войск стран НАТО с территории Германии, за суверенитет нашей родины. В общем-то, при объединении Германии советским руководством так вопрос и ставился: выводятся советские войска и одновременно войска НАТО. Но в результате стремительного развала СССР все было упущено. Российские войска ушли, а американцы просто все прибрали к своим рукам. Так восточная зона просто стала составной частью западной зоны оккупации.  

Корр.: Можно ли объяснить — не мне, а зрителям, — в чем выражается оккупация со стороны американцев? 

Триллер: В том, например, что на территории Германии, в красивейшем городе Висбадене, создается главный штаб американских войск в Европе. Поддерживая национальные силы Германии, мы выступаем против создания в Висбадене этого штаба.  Авиационная база, на которой вскоре должен разместиться главный штаб США в Европе, отделена всего одним километром от жилого квартала многоэтажных домов, то есть в случае военного конфликта главный штаб автоматически становится мишенью для вероятного противника. Накрывают этот штаб — накрывают и весь этот жилой район.  Перед демонстрацией протеста мы направили письма в различные  правительственные организации России, в посольство России в Берлине, в пресс-службу МИДа с просьбой обратить внимание на эту демонстрацию, потому что уже с февраля  антинемецкие СМИ ФРГ пытались представить ее как «наци-демо», то есть как демонстрацию «нацистов».
Демонстрация проходила накануне 9 мая, а в России традиционно, еще с советских времен, такие демонстрации всегда представлялись в СМИ как демонстрации злых неонацистов, которые жаждут реванша за Вторую мировую войну. Поэтому мы обратились к российскому руководству и попытались объяснить, что эта демонстрация, которую мы также поддерживаем, — вовсе не жажда какого-то реванша. Это немецкая молодежь протестует против того, что нашу Родину превращают в плацдарм для новых войн США и НАТО. Мы выступаем за то, чтобы то, что произошло между нашими народами в 20 веке, никогда больше не повторилось. Однако мы, немцы, сегодня настолько зависимы, что при разыгрывании какого-то конфликта, от нас мало что зависит. Наглядный пример – конфликт в Южной Осетии. Если бы он затянулся еще на несколько дней и в него были бы втянуты силы НАТО, то Германия как член НАТО автоматически была бы втянута в этот конфликт. В армии ФРГ сегодня много солдат из числа немцев-переселенцев из России. Могло бы случиться так, что двоюродные братья, дяди и племянники оказались бы по разные стороны баррикад. Конфликт в Южной Осетии хорошо показал, как легко мы можем быть втянуты в новый конфликт с Россией. Точно так же мы уже втянуты в конфликт с исламским миром, с которым Германия традиционно имела хорошие отношения. К сожалению, в России очень мало знают, что в реальности происходит в ФРГ, какие силы какие позиции отстаивают. Всё по старой привычке: национальные силы немцев – это враги, неонацисты. Мы хотели бы сломать эти негативные стереотипы. Насколько нам это удается, думаю, судить пока рано. 

Корр.: Вы говорите: политика американцев – антинародная политика. Но у зрителя возникает вопрос, а что это такое?

Триллер: Ну, во-первых, происходит уничтожение культурных ценностей немецкого народа.  Даже не участвуя в политике, но поддерживая национальные традиции, вы уже автоматически получаете ярлык правого радикала. Это трудно понять в России. СССР, хоть и был тоталитарным режимом, но он воспитывал какой-то патриотизм к своему народу, к своему государству. Здесь происходит все наоборот. Проводится такая политика, что немцам становится стыдно быть немцами. Дошло до того, что немецкая культура уже не имеет права быть ведущей культурой Германии, а лишь одной из многих.  

Корр.: То есть теория мультикультурности?

Триллер: Да, но сегодня мы видим, что те же политики, которые еще вчера пропагандировали «мульти-культи», вдруг заявляют: «Ах, не удалось!». Мы просто не можем верить таким политикам: сегодня говорят одно, завтра — другое. Допустив такие серьезные ошибки и просчеты, они по-прежнему остаются у власти.

Корр.: В чём выражается антинациональная политика? В чём вы чувствуете притеснения как немцы-переселенцы?

Триллер: В Германии нас проживает более 2 миллионов человек. Мы привезли сюда и свое культурное наследие. У нас создан музей, который 20 лет находится в частном сарае на крестьянском дворе. Наша история богата великими именами, которыми гордится Россия, которыми могла бы гордиться и Германия: ведь наша история есть часть общей истории немецкого народа. Но, как я уже сказал, все это хранится в сарае, без отопления и света, приходит в полную негодность. Нужно сказать, что экспонаты этого музея превышают по своему количеству выставку по истории немцев Поволжъя саратовского музея.
В то же время мечети растут в нашей стране как грибы. Только в Северной Рейн-Вестфалии за последние годы выросло более 20 еврейских центров с синагогами, с детскими садами, местами встреч, библиотеками и музеями, но не нашлось помещения, чтобы представить 250-летнюю историю немцев в России. Так во всем. Переименовываются улицы, носящие имена великих людей только потому, что сегодня, в мультикультурном обществе их высказывания, сделанные 100 -150 лет назад, не совпадают с позицией т. н. «мультикультуристов».

Корр.: Я знаю, что у переселенцев из бывшего СССР естъ проблемы. Они столкнулись в Германии с проблемами интеграции в общество. Слышал, что их там называли немцами, а здесь — русскими, которые так и не стали частью этого общества.

Триллер: Это результат той самой антинемецкой политики. В ФРГ национальность определяется по месту рождения. Тебе говорят: «Родился в России – значит, ты русский, родился в Казахстане – ты казах». Поэтому, когда молодежи говорят: вы родились не в Германии. Значит, вы не немцы, — молодежь реагирует по-своему: Ну не немцы — и ладно, больно надо нам быть немцами! Тем более что пропаганда в СМИ такая, что немцем действительно быть стыдно. Я приведу пример с переселенцами в Израиле. Молодежь из бывшего СССР по приезде в Израиль уже через несколько лет в своем большинстве становится патриотами этой страны, так как там проводится национальная политика. В ФРГ наоборот, — антинациональная. Отсюда и все проблемы.

Корр.: Коль мы затронули тему русскоязычной молодежи, которая еще говорит на русском языке, что бы Вы могли пожелать молодым людям?

Триллер: Лучше изучать историю, историю своей семьи, иметь свое мнение, а не то, что тебе пытаются навязать. Не все могут сразу понять, что происходит у нас в стране. Поэтому наша организация пытается это показать. Мы любим Германию, мы верны ей и считаем, что мы должны отстаивать свои права. Германия – это страна наших предков, мы будем здесь жить, здесь будут рождаться наши дети и внуки, а поэтому мы должны иметь свое суверенное национальное государство. Право его иметь нам нужно отстаивать всем вместе.

Беседу вел Сергей Митрофанов.

Текст записан с камеры  Лидией Вальц.
31.10.2010






Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели